ВЕЛИКИЙ ПОСТ
ЧИТАТЬ ...

Рубрика – ВЕЛИКОГО ПОСТА

Перед Вами рубрика Великого поста, в которую собрали большой материал, посвященный

Святой Четыредесятнице:

 

http://semyaivera.ru/velikij-post/

ЧИТАТЬ...

ВЕЛИКИЙ ПОСТ в 2018

19 февраля – 7 апреля

  Подготовительный период к Великому посту

          (с 28 января; завершается Прощёным воскресеньем, 18 февраля).

 

Лестница Великого поста

• Неделя о мытаре и фарисее (Лк.18:10-14) – 28 января.

Седмица «сплошная» (нет поста в среду и пятницу) (29 января – 3 февраля).

• Неделя о блудном сыне (Лк.15:11-32) – 4 февраля.

• Вселенская родительская (мясопустная) суббота – 10 февраля.

• Неделя мясопустная (последний день вкушения мяса),

о Страшном суде (Мф.25:31-46) – 11 февраля.

Седмица сырная (масленица), «сплошная» (12 февраля – 17 февраля).

• Неделя сыропустная. Воспоминание Адамова изгнания. Прощёное воскресенье (Мф.6:14-21)

 – 18 февраля.

 

 

Неделя о мытаре и фарисее. Первый зов великопостной весны

Неделей о мытаре и фарисее Церковь вступает в особый подготовительный период, который предшествует Великому посту.

  О мытаре и фарисее

Одна из главных, единственных в своем роде особенностей Евангелия, — это те короткие рассказы-притчи, которыми пользуется Христос в своем учении, в своем общении с народом.

Поразительно же в этих притчах, что сказанные почти две тысячи лет тому назад, в совершенно отличных от наших условиях, в другой цивилизации, на абсолютно другом языке, они остаются актуальными, бьют сегодня в ту же цель. А это значит — в наше сердце.

Ведь вот, устарели, забыты, канули в небытие книги и слова, созданные совсем недавно, вчера, позавчера. Они уже ничего не говорят нам, они мертвы. А эти, такие простые с виду, бесхитростные рассказы живут полной жизнью.

Мы слушаем их — и как будто что-то происходит с нами, как будто кто-то заглянул в самую глубину нашей жизни и сказал что-то — только к нам, ко мне относящееся.

В этой притче — о мытаре и фарисее — рассказывается о двух людях. Мытарь — это славянское слово для обозначения сборщика налогов, профессии, окруженной в древнем мире всеобщим презрением. Фарисей — это название правящей партии, верхушки тогдашнего общества и государства.

На нашем теперешнем языке мы сказали бы, что притча о мытаре и фарисее — это символический рассказ о важном представителе ведущего слоя, с одной стороны, о мелком и малопочтенном «аппаратчике», — с другой.

Христос говорит: «Два человека вошли в храм помолиться, один фарисей, а другой мытарь. Фарисей, став, молился сам в себе так: «Боже! благодарю Тебя, что я не таков, как прочие люди, грабители, обидчики, прелюбодеи или этот мытарь. Пощусь два раза в неделю, даю десятую часть всего, что приобретаю». Мытарь же, стоя вдали, не смел даже поднять глаза на небо, но, ударяя себя в грудь, говорил: «Боже! Милостив буди мне грешному!». Говорю вам, — заканчивает Христос эту притчу, — что мытарь пошел оправданным в дом свой более, нежели тот: ибо всякий, возвышающий сам себя, унижен будет, а унижающий себя возвысится».

Всего три строчки в Евангелии, а сказано в них нечто вечное, такое, что действительно относится ко всем временам и ситуациям.

Но возьмем только наше время, возьмем самих себя. Если что-нибудь лежит в основе нашей государственной, общественной, да, наконец, и частной жизни, так это — не правда ли? — вот это самое безостановочное самопревозношение, самоутверждение, или, говоря более древним, но опять-таки вечным языком — гордыня.

Вслушайтесь в пульс нашей эпохи. Неужели не поразимся мы этой чудовищной саморекламе, хвастовству, бесстыдству самовосхваления, которые так вошли в нашу жизнь, что мы уже почти не замечаем их.

Всякая критика, пересмотр, переоценка, всякое проявление смирения — не стали ли они уже не только недостатком, пороком, а, хуже того, — общественным и даже государственным преступлением. Оказывается, любить родину — это все время бесстыдно восхвалять ее, унижая чужие родины. Оказывается, быть лояльным — это провозглашать все время безгрешность власти.

Оказывается, быть человеком — это унижать, топтать других людей, это возвышать себя путем их унижения. Проанализируйте свою жизнь, жизнь своего общества, самые основы его устройства, и вы должны будете признать, что это именно так.

Тот мир, в котором мы живем, так пронизан оглушительным и грубым бахвальством, что уже сам этого больше не замечает, оно уже стало его природой. Да так и сказал один из самых больших и тонких поэтов нашего времени — Пастернак — в знаменитой своей строчке: «…все тонет в фарисействе».

Самое страшное, конечно, в том, что фарисейство признается добродетелью. Нас так долго, так упорно глушили славой, достижениями, взлетами и полетами, нас так долго держали в атмосфере этого призрачного псевдовеличия, что все это в действительности нам стало казаться хорошим и благим, что в душе целых поколений возник образ мира, в котором только сила, только гордость, только бесстыдное самовосхваление оказываются нормой.

Пора ужаснуться этому, вспомнить слова Евангелия: «всякий, возвышающий себя, унижен будет». Сейчас тех немногих, кто исподволь, шепотом говорят об этом, напоминают об этом, — влекут в суды или заключают в психиатрические лечебницы. И на них науськивают других: смотрите на этих изменников и предателей! Они против величия и силы своей родины! Против ее достижений! Они сомневаются в том, что самая лучшая, самая сильная, самая свободная, самая счастливая страна… и так дальше. И благодарите, что вы не такие, как эти несчастные отщепенцы.

Но поймем, что этот бой, этот спор, ведомый сейчас ничтожным меньшинством, это бой и спор о самих духовных источниках жизни. Ибо фарисейская гордыня — это не только слова. Она рано или поздно оборачивается ненавистью к тем, кто не согласен признать моего величия, моего совершенства. Она оборачивается преследованьем и террором. Она ведет к смерти.

Притча Христа ножом врезается в самую страшную опухоль современного мира, в опухоль фарисейской гордыни. Ибо, пока эта опухоль будет расти, в мире будут царить ненависть, страх и кровь.

И так оно и есть сейчас. Только вернувшись к этой забытой, презираемой, отбрасываемой силе — к смирению, — можно очистить мир. Ибо смирение — это признание другого, это-уважение к другому и это уменье мужественно признать себя несовершенным, раскаяться, и тем самым встать на путь исправления. От бахвальства, лжи и тьмы фарисейства — к свету и целостности подлинной человечности: к правде, к смирению и к любви. Вот призыв этой притчи Христовой, вот зов, первый зов великопостной весны…

Протопресвитер Александр Шмеман

 

Неделя о блудном сыне.

О блудном сыне.

Во имя Отца и Сына и Святого Духа.

Как одиноко и страшно, и холодно было Вартимею слепцу перед тем, как прошел мимо него Христос и призвал его к жизни. И как страшно было Закхею человеческого взора, любопытного, пытливого, часто жестокого, когда он решился встретить Христа, чего бы это ни стоило. И вы помните, как стоял мытарь у притолоки церковной, когда увидел перед собой храм, место, где живет Господь, место святое, куда никакая неправда, никакая нечистота доступа не должна иметь, и увидел себя перед лицом собственной совести, -как он стоял, не смея перейти порога церковного, ударяя себя в грудь и только восклицая: Господи, милостив буди мне, грешному!.. Но в этих словах сказывалось не только сознание своей греховности, но и надежда, – надежда на то, что над справедливостью, над правдой, неумолимой правдой, есть сострадание, милосердие, любовь и прощение. Этому он научился, вероятно, даже в своей беззаконной жизни. Много раз, верно, он встречался с тем, что человек может быть погублен законом, бессердечным, холодным законом людским, и что вдруг среди людей проснется жалость, и тогда есть надежда на спасение, тогда светлеет все вокруг, тогда все делается возможным. И так он стоял в надежде на невозможное чудо, на то, что он, который во всем плох и в глазах людей, и перед лицом своей совести, и перед судом Божиим, все-таки может быть помилован, прощен, даже обласкан.

И сегодня мы встречаем другой образ – образ блудного сына, где мы видим воочию, что случается с человеком, который покаялся, вернулся домой в глубоком раздумье о том, какова его жизнь перед лицом Божественной святости. Мы видим человека, который встречен Богом. Вы, наверное, обратили внимание на слова сегодняшнего Евангелия, где говорится о том, что когда блудный сын был еще далеко от отчего дома, отец его увидел и поспешил к нему навстречу, и пал ему в объятия, и целовал, и ласкал, и жалел его.

В рассказе о Закхее мы видим себя перед судом людей; в рассказе о мытаре мы видим себя перед судом собственной совести; а теперь посмотрим на нашу судьбу перед лицом Божиим. Мы все в положении блудного сына; все мы всё получили от Бога – и жизнь, и природные наши силы ума, сердца, воли, крепость телесную; получили и дружбу, и семью, и всё, чем мы богаты. И однако, всё это, как блудный сын, мы от Бога получили и унесли в страну далекую, туда, где мы можем всем этим пользоваться безотчетно, туда, где мы можем спрятаться от лица Божия, и всё, если нам понравится, растратить в свое удовольствие, ни перед кем не отчитываясь.

Разве мы не таковы все? Разве мы не берем постоянно то, что Божие и свято, с тем, чтобы это использовать для своего удовольствия, для своей жизни? То, что люди нам дают, та любовь, которая нам дается – разве мы ее бережем, как святыню?.. Мы все уходим на страну далече, в далекую страну, где мы можем без Бога и без суда человеческого всё расточить.

Но какой-то момент приходит, когда и до нас доходит голод, не только вещественный голод, но голод о ласке, которая была бы не куплена, голод по любви, которая была бы чистым даром, голод по тем отношениям, которые не зависят ни от чего, кроме как от того, что мы дороги кому-то и кем-то любимы. И тогда нам надо вспомнить эту притчу Христову. В этой притче изображается, что юноша, ушедший давно, как бы вычеркнув Бога, вычеркнув отца своего, вдруг вспоминает, что у него есть отец. Первое слово, с которым он обращается к нему: Отче!.. С чем он может к нему прийти? Не с оправданием – потому что оправдания ему нет, но может он прийти, зная, что если он – блудный, недостойный сын-предатель, то отец остался верным, любящим отцом. И вот с этим он спешит домой, туда, где есть отец, в отчий дом. И готовит он исповедь. Он на всё готов, лишь бы только его допустили домой, рабом он готов быть, наёмником он готов быть… Но отец на такие сделки не идет, отец его остается отцом, каким бы он ни был недостойным сыном, и когда сын признался в своем недостоинстве, отец его как сына принимает, воскресшего от смерти греховной, нового, вернувшегося, – и радость и ликование вокруг.

Всё это в нас идет шаг за шагом и, с одном стороны, ставит нас перед лицом и слепоты нашей, и человеческого суда, и суда нашей совести, но одновременно напоминает нам и о том, как мы дороги Богу. Как в сегодняшнем Послании сказано, мы куплены дорогой ценой: всей любовью Божией, всей жизнью и смертью Христа… Вот цена, которую нам дает Бог, вот что мы для Него значим… Неужели после этого мы не можем прийти к Богу с надеждой, с верой, с радостью о том, что мы будем приняты, потому что мы так дороги?

В следующий раз перед нами встанет картина о Страшном Суде. Поставим себе вопрос о том, каким образом возможно, что Бог, Отец, любящий нас беспредельной, безграничной любовью, является для нас “страшным судом”? Что страшно в этом суде? Неужели наказание, неужели стыд? Нет ничего более страшного, чем поруганная любовь… Подумайте о том, как сейчас нас зовет Господь к встрече, но и о том, с чем я Его встречу? С любовью – или, взглянув в лик Божественной любви, заглянув в бездонные глаза Божественного сострадания, я пойму, что потерял единственное на земле – любовь. Аминь.

Митрополит Антоний Сурожский.

 

 Неделя мясопустная. О Страшном Суде.

Сегодня Воскресенье о Страшном Суде. Придет день, когда мы все встанем перед Богом, каждый из нас — со своей жатвой и, как говорит Книга Откровения, каждое Царство и каждый народ — с жатвой своей славы и своего позораВ этот день время веры пройдет; потому что вера — это уверенность в вещах невидимых, а в тот день, в ослепительном сиянии славы Божией, мы уже будем видеть: мы будем видеть Его, как Он видит нас, мы узнаем Его, как Он знает нас. И время надежды пройдет, потому что надежда — это ожидание, а в тот день все уже исполнится; это будет восьмой день — последний день становления; это будет первый день вечности.

   И на этом пороге мы будем стоять; с чем мы предстанем? Каков будет плод всей жизни, каждого из нас в отдельности, всех нас в нашей целокупности? Не как толпы разобщенных личностей, но как живого тела людей, которые все были крещены во Христа, в единство, все призваны, силой Святого Духа, в Единородном Сыне Божием быть единородным сыном Божиим; с чем мы предстанем тогда? Когда вера и надежда пройдут, единственное, что останется, будет любовь.

   И сегодняшняя притча говорит об этом: не столько об ужасе, о страхе, который, может, и скует льдом наши сердца, или, наоборот, охватит огнем, в котором мы сгорим во мгновение; она говорит о том предстоянии, когда мы увидим, что весь смысл жизни была любовь, и спросим себя: Есть ли во мне хоть капля любви? Принес ли я плод любви?.. Притча говорит об этом. Притча не говорит, что мы будем оправданы, потому что говорили себе и другим, что мы верим в Бога, или потому что называли себя учениками Христа; Он Сам сказал: в тот день Он нам скажет, что тех из нас, которые не жили евангельски, не были Его учениками во всей правде, тех Он за Своих не признает. Но мы, может быть, скажем: Не молились ли мы в Твоих храмах? Не творили ли мы даже чудес Твоим именем? — И Он ответит: Отойдите, делатели неправды...

   Но на что мы можем тогда надеяться? Притча говорит об этом так ясно, и это можно выразить одним словом: если вы были человечны, тогда вы принадлежите Царству. Если не были человечны, то не принадлежите... Христос не ставит вопросов о вере; Он ставит вопрос о том, было ли в наших сердцах сострадание, умели ли мы видеть страдание вокруг нас и отозваться — или же нет. И если мы отозвались, то мы Ему родные.

   Но в этой притче есть и другая сторона, еще даже более дивная. Притча обращена не только к христианам, к ученикам, к верующим; когда Христос говорит тем, кто был полон сострадания, полон любви: Вы сделали все, что нужно — вы накормили голодного, вы приютили бездомного, вы посетили больного, вы не постыдились признать за брата того, кто был в тюрьме, — все эти люди скажут: Но когда мы видели Тебя в них?.. И Христос ответит: Что вы сделали одному из Моих братьев, вы Мне сделали...

   Не дивно ли подумать, что любовь — как мост, перекинутый над всякой пропастью, что любовь торжествует и выдерживает всякое испытание; что быть человечным — даже не значит видеть в брате образ Божий, видеть в брате кого-то, кого любит Бог, за кого Он положил Свою жизнь; достаточно увидеть в нашем ближнем его нужду в сострадании: человека, ничего больше, — и тогда окажется, что мы поступили правильно.

   Хочу сегодня сказать еще об одном: сегодня день, когда мы вспоминаем Страшный Суд, но это также начало Поста; с сегодняшнего дня православные воздерживаются от мяса; есть ли в этом какой-то смысл, кроме подвига и дисциплины? Да, думаю, что есть. В 9-й главе Книги Бытия есть страшный отрывок. После Потопа, когда человечество стало еще более слабым, чем прежде, еще менее укорененным в Боге, более трагично одиноким, более трагично зависимым от твари, потеряв общение с нетварным, Бог говорит Ною: Теперь все движущееся на земле, все твари будут вашей пищей; они будут вам в пишу, а вы будете им в страх... Это то взаимоотношение, которое человеческий грех, потеря Бога установили между нами и всем тварным миром, но особенно мучительно и чудовищно — с животным миром. И воздержанием от мяса во время Поста мы свидетельствуем, что мы это понимаем и — о, в какой малой мере! — стремимся искупить. Мы — страх тварного мира; мы разрушаем его, мы портим и загрязняем его, а мы были призваны изначала быть его водителями в вечность, в славу Божию, в совершенную красоту, которую Бог задумал для всей твари; мы были призваны сделать из этого нашего мира собственный мир Божий, Божие Царство — не в том смысле, что Он властвует над ним, а в том, что это Его семья: место, где Он живет среди Своей твари, и где творения Божии могут ликовать о Нем и друг о друге.

   Поэтому будем помнить, что в ту меру, в какую мы будем верными призыву Церкви, — это не только акт, которым мы стараемся освободиться от порабощенности материальному миру, но и признание нашего греха против мира; и хоть в этой малой мере — усилие исцелить наносимую нами порчу, свидетельство, что мы понимаем, что мы сокрушаемся сердцем, и что даже если мы не можем жить иначе, мы болеем душой, стыдимся, и что и к Богу, и к миру, к которому мы относимся так беспощадно, мы оборачиваемся с сокрушенным и кающимся сердцем. Аминь!

Митрополит Антоний Сурожский.

 

 

 

 Неделя сыропустная. Воспоминание Адамова изгнания.  Масленица 28 января 2018г.

 

Масленица – это подготовительная неделя к Великому посту посвящена в христианском смысле одной цели – примирению с ближними, прощению обид, подготовке к покаянному пути к Богу – в этом христианская составляющая масленицы. Масленая неделя, Масленица – просторечное название Сырной седмицы – последней перед Великим постом недели. В  продолжение масленицы не едят мясо, но можно употреблять рыбу и молочные продукты. Масленица – это сплошная неделя, отменяется пост в среду и пятницу.

Сложившийся на Руси обычай проводить масленую седмицу с блинами вполне соответствует особенностям национального благочестия. В эти дни слабели сословные, имущественные, должностные различия. К столу могли быть приглашены люди незнатные, странники, нищие. «Теперь потускнели праздники, и люди как будто охладели. А тогда… все и все были со мною связаны, и я был со всеми связан, от нищего старичка на кухне, зашедшего на «убогий блин», до незнакомой тройки, умчавшейся в темноту со звоном. И Бог на небе, за звездами, с лаской глядел на всех, масленица, гуляйте! В этом широком слове и теперь еще для меня жива яркая радость» (И.Шмелев. Лето Господне). Хождение друг к другу на блины родственников сближало их, давало удобный повод забыть обиды и недовольства, которые накопились за год.

 

Прощеное воскресенье 18 феврвля 2018г

Неделя сыропустная, последнее воскресенье пред наступлением Великого поста, посвящена воспоминанию "Изгнания Адамова". Адам и Ева пали через невоздержание и непослушание, и теперь, через добровольно принимаемый на себя подвиг воздержания и послушания Церкви, мы снова можем восстать и вернуть утраченное ими райское блаженство.

В конце вечерни, как мы помним, совершается чин прощения. Эта вечерня имеет ряд характерных особенностей. Первая ее половина (до Вечернего входа) носит характер праздничный и совершается в светлом праздничном облачении.

После вечернего входа и "Свете Тихий" поется особенно умилительным напевом Великий прокимен: "Не отврати лица Твоего от отрока Твоего, яко скорблю, скоро услыши мя: вонми души моей и избави ю". После пения прокимна сразу же закрываются царские врата, читается: "Сподоби, Господи", а священнослужители переоблачаются в великопостные одежды. Просительную ектению диакон произносит уже в черном облачении, и хор отвечает ему великопостным распевом.

Дальнейшая служба носит великопостный характер:

 •  По "Ныне отпущаеши" поются с великими поклонами тропари: "Богородице Дево", "Крестителю Христов" и "Молите за ны".

 •  Вместо сугубой ектении читается 40 раз "Господи, помилуй",

 •  после возгласа иерея: "Сый благословен" читается молитва: "Небесный Царю" (ее не следует путать с молитвой "Царю Небесный") и затем

 •  молитва преп. Ефрема Сирина: "Господи и Владыко живота моего"

Вместо обычного отпуста принято читать молитву: "Владыко многомилостиве", как обычно читается весь Великий пост в конце великого повечерия, "нам повергшимся на землю" ниц.

После этой молитвы обычно произносится слово о прощении обид, настоятель с земным поклоном испрашивает у верующих прощения, а затем все с земными поклонами просят прощения друг у друга.

Особенно трогательно и умилительно проходил этот день в древних монастырях. В Святой Земле многие подвижники после чина прощения уходили на весь Великий пост в пустыню и возвращались в свою обитель только к Лазаревой субботе. Многие до возвращения не доживали. Для них при обряде взаимного прощения было принято петь пасхальные песнопения "Да воскреснет Бог" и "Пасха Священная нам днесь показася..." Их можно услышать и в наше время. Они ободряет немощь человеческую, страшащуюся продолжительных дней строгого поста, и как бы приближают светлое торжество Воскресения Христова (2, с.153).

  В Крестопоклонную неделю

Весенних мыслей бездорожье

И чувств весенних теснота -

Я ухожу от них к подножью

Животворящего Креста.

Здесь все - в одном переживанье,

Все манит душу в Горний мир:

Лампад задумчивых мерцанье,

Звучанье стройное стихир...

Стою, молюсь, и что-то очень

Напоминает детство мне,

Как будто чистый колокольчик

Оттуда счастьем прозвенел,

Как будто время раскололось,

И вновь просторы предо мной,

И вновь призывный слышу голос -

Забытый, но такой родной.

Я знаю - не достоин чуда,

Но смилосердись, Боже мой,

Пусть снова я, как мальчик, буду

Ходить доверчиво с Тобой.

И здесь, у крестного подножья,

Молю я: укажи мне путь!

Готово сердце мое, Боже,

Готово вновь к тебе прильнуть!

(Иеромонах Димитрий (Захаров))

 

КАЛЕНДАРЬ ВЕЛИКОГО ПОСТА

 

Святая Четыредесятница

 

• Чистый понедельник, начало Великого поста – 19 февраля.

• В первые четыре дня первой седмицы Великого поста (с понедельника по четверг, 19 февраля – 22 февраля) за вечерним богослужением читается Великий (Покаянный) канон, произведение гениального византийского гимнографа святителя Андрея Критского (VIII в.).

 

• Неделя 1-я Великого поста. Торжество Православия – 25 февраля.

 

• Неделя 2-я Великого поста. Святителя Григория Паламы, архиеп. Фессалоникийского (Солунского) (†1359 г.) – 4 марта.

 

• Неделя 3-я Великого поста. Крестопоклонная (Мк.8:34–9:1) – 11 марта.

 

• Неделя 4-я Великого поста. Преп. Иоанна Лествичника (VI в.) – 18 марта.

• Мариино стояние (чтение Великого канона свт. Андрея Критского, пол­но­стью, с чтением жития преп. Марии Египетской) – 22 марта, четверг (реально совершается накануне – 21 марта, в среду вечером!).

• Похвала Пресвятой Богородице. Суббота Акафиста – 24 марта. Это един­ствен­ный акафист, предусмотренный церковным Уставом; причём его пение совершается также только один раз в году – в субботу пятой седмицы Великого поста (реально поётся накануне, в пятницу вечером – 23 марта).

 

• Неделя 5-я Великого поста. Преп. Марии Египетской (VI в.) – 25 марта.

• Седмица 6-я Великого поста, иначе – «седмица вáий» (в переводе с греческого – «седмица пальмовых ветвей») – 26 марта – 31 марта.

 

• В пятницу седмицы вáий, 30 марта – окончание Святой четыредеся́тницы, то есть Сорокадневного поста («душеполéзную совершив Че­ты­ре­де­ся́тницу…», – поётся за вечерним богослужением).

 

• Лазарева суббота. Воспоминание воскрешения Иисусом Христом пра­ведного Лазаря (Ин.11:1-45) – 31 марта.

 

• Неделя 6-я, Неде́ля ва́ий («пальмовых ветвей»), иначе – Неделя «цве­тоносная», Ве́рбное воскресе́нье (Ин.12:1-18), Вход Госпо́день в Иерусали́м – 1 апреля.

 

 

 

ВЕЛИКИЙ ПОСТ

 

Прошло веселье мясопуста,

Гулянье в миг оборвалось,

Пришли деньки сорокоуста.

Их сердце все же дождалось!

 

Томилось сердце в ожиданье,

Томилось сердце почти год,

И вновь пошло на покаянье,

Оставив груз мирских забот.

 

А мир бурлит, как не бывало,

Бурлит он суетой сует,

Танцует, пляшет, поет рьяно,

Живет, как будто поста нет.

 

А в девятнадцатом столетье,

Постились все, и стар и мал,

И мир, как будто в лихолетье,

Скорбил, вздыхал, не танцевал.

 

Но Русь, Россия, христианство,

Теперь раздельные слова,

Так будем мы молиться свято,

Чтоб Бог слова сии сковал.

 

И вновь чтоб было все как раньше,

Чтоб вся затихла жизнь в посту

Чтоб люд российский был постящий,

Чтоб подражал постом Христу!

 

Сергей Синявин

 

 

 

Страстная седмица, или Неделя Страданий Господа

 

(2 апреля – 7 апреля)

 

• Великий Понедельник (2 апреля). Темы богослужебных воспоминаний: Иосиф Прекрасный, проданный в Египет за двадцать сребреников (Быт.37.); проклятие бесплодной смоковницы, притча о злых виноградарях; пророчество о разрушении Иерусалима (Мф.21:18–43; 24:3–35).

 

• Великий Вторник (3 апреля). Притчи: о десяти девах и талантах; про­рочество о Страшном суде (Мф.24:36-26:2).

 

• Великая Среда (4 апреля). Покаяние грешницы, возлившей миро на ноги Иисуса, и предательство Иуды (Мф.26:6-16).

Последний раз читается молитва прп. Ефрема Сирина с тремя великими поклонами. На вечерней службе в этот день все стараются принять участие в Таинстве Покаяния (Исповеди).

 

• Великий Четверг (5 апреля). Воспоминание Тайной Вечери и уста­нов­ле­ние Таинства Евхаристии. Все православные христиане стараются причаститься Святых Христовых Таин.

В кафедральных соборах, в конце Литургии, совершается Чин умовения ног (архиерей умывает ноги двенадцати сослужителям).

Вечером чтение 12-ти «Страстных Евангелий».

Патриарх совершает освящение мира.

 

• Великая Пятница (6 апреля) Арест Господа и неправедный суд. Распятие, Святые и Спасительные Страсти (Страдания), смерть и погребение Господа в гробнице Иосифа Аримафейского.

День великой скорби и строгого поста (Устав повелевает полное воздержание от пищи в течение всего дня; но, согласно узаконенной традиции, здоровые люди воздерживаются от пищи до окончания выноса Плащаницы).

Литургия (Бескровная Жертва) в этот день не служится, потому что Жертва принесена на Голгофе (единственное исключение – в случае совпадения Страстной Пятницы с праздником Благовещения).

Утром – чтение Великих (Царских) Часов.

В середине дня (обычно в 14 часов) совершается Чин выноса Плащаницы.

Вечером (обычно в 18 часов) совершается Чин Погребения.

 

• Великая Суббота (7 апреля) Пребывание Господа телом во гробе, со­шествие душою во ад и одновременно пребывание на Престоле со Отцом и Святым Духом (см. Святая Троица).

Утром совершается Литургия Светлой Субботы, после которой, по традиции, освящается праздничная трапеза (по Уставу, это освящение совершается в Пасхальную ночь, после Литургии и освящения артоса).

 

 

СВЕТЛОЕ ХРИСТОВО ВОСКРЕСЕНИЕ.

  ПАСХА – 8 апреля

Светлая седмица, сплошная

 (9 апреля – 14 апреля).

 

 Азбука Веры Семья и Вера
ПРАВОСЛАВНЫЙ ЦЕРКОВНЫЙ КАЛЕНДАРЬ Русская Православная Церковь